По его словам, в Европе пришли к выводу, что конфискация активов создает высокие риски прежде всего для расчётно-клиринговых институтов.
В частности, под ударом может оказаться бельгийская Euroclear, которая является основным держателем этих средств и потенциально может столкнуться с многочисленными судебными исками и финансовыми потерями.
Ранее Еврокомиссия активно добивалась согласия стран ЕС на использование российских суверенных активов для поддержки Киева. Обсуждалась схема предоставления Украине кредита в диапазоне от 185 до 210 млрд евро, который предполагалось вернуть после завершения конфликта и при условии выплаты Москвой компенсаций. Однако консенсуса по этому вопросу достигнуть не удалось.
По итогам саммита в Брюсселе премьер-министр Бельгии Барт де Вевер отмечал, что государства ЕС осознали масштаб финансовых и правовых рисков, которыми сопровождалась бы конфискация российских активов и которыми крайне сложно управлять. В Кремле ранее предупреждали, что подобные действия не останутся без ответа и повлекут серьёзные последствия.
Александр Шохин также указал на ещё один аспект проблемы — подрыв доверия к институтам Евросоюза. По его оценке, для многих стран это чувствительный фактор, поскольку нормы международного права, несмотря на политическое давление, продолжают играть роль.
После начала специальной военной операции на Украине страны ЕС и участники G7 заморозили около половины золотовалютных резервов России — порядка 300 млрд евро. Более 200 млрд евро из этой суммы находятся в Евросоюзе, включая около 180 млрд евро на счетах Euroclear.
Шохин также обратил внимание на совпадение между объёмом замороженных российских активов и суммой исковых требований американского фонда Noble Capital к России по так называемым «царским долгам». Фонд требует выплатить 225,8 млрд долларов, ссылаясь на обязательства по облигациям времён Российской империи. Иск был подан в федеральный окружной суд США по округу Колумбия в июне 2025 года, после чего российская сторона потребовала его отзыва.
